Что будет с ПВЗ, поставщиками и подрядчиками при банкротстве Wildberries или Ozon

Когда говорят о возможном банкротстве крупного маркетплейса, чаще всего обсуждают селлеров. Но вокруг Wildberries и Ozon работает гораздо более широкая инфраструктура: владельцы ПВЗ, перевозчики, арендодатели, подрядчики, IT-компании, клининговые организации, поставщики оборудования и десятки других контрагентов.

Для них банкротство операционной компании означает совсем другой набор рисков. Одни могут потерять текущую задолженность, другие — остаться с арендованным помещением и оборудованием, третьи — продолжить работу уже в процедуре банкротства и столкнуться с вопросом, какие платежи считать текущими, а какие придется заявлять в реестр.

Вокруг крупного маркетплейса существует целая экосистема контрагентов.

Это не только продавцы, которые размещают товар на площадке.

Деньги оператор может быть должен:

У каждого из них может быть совершенно разная правовая ситуация.

Один контрагент уже выполнил работы и ждет 20 млн рублей. Другой продолжает ежемесячно оказывать услуги. Третий передал маркетплейсу собственное оборудование. Четвертый предоставил помещение в аренду.

Поэтому в возможном банкротстве нельзя рассматривать всех просто как «кредиторов Wildberries» или «кредиторов Ozon».

Для владельцев ПВЗ риск особенно чувствителен, потому что бизнес часто построен практически вокруг одной площадки.

Предприниматель арендует помещение, делает ремонт, покупает мебель и оборудование, нанимает сотрудников и рассчитывает покрывать все эти расходы за счет вознаграждения от маркетплейса.

Если оператор перестает платить, собственные обязательства владельца ПВЗ никуда не исчезают.

Арендодатель продолжает требовать аренду. Сотрудникам нужно платить зарплату. Коммунальные услуги и налоги также остаются.

При этом задолженность самого маркетплейса может перейти уже в банкротный режим.

Особенно опасна ситуация, когда предприниматель вложил значительную сумму в открытие ПВЗ, но отдельной компенсации этих расходов договор не предусматривает. Тогда часть инвестиций фактически была рассчитана на будущую работу точки.

Если отношения прекращаются досрочно, нужно отдельно анализировать, можно ли предъявить маркетплейсу требования о задолженности, компенсации или убытках.

У подрядчика может быть очень крупная задолженность, особенно если речь идет о строительстве склада, монтаже оборудования, логистических услугах или регулярных поставках.

Если работы уже выполнены и приняты до возбуждения дела о банкротстве, неоплаченная сумма, как правило, превращается в денежное требование к должнику.

Подрядчику придется подтверждать:

В обычном споре эти документы нужны для иска.

В банкротстве от них зависит уже возможность включения требования в реестр и дальнейшего участия в процедуре.

Отдельный риск связан с незавершенными работами.

Если объект готов на 70%, а заказчик перестает нормально платить, подрядчику нужно очень осторожно решать, продолжать ли исполнение.

Один из ключевых вопросов банкротства — когда именно возникло денежное обязательство.

Если задолженность сформировалась до возбуждения дела о банкротстве и относится к обычным конкурсным требованиям, кредитору придется заявлять ее в установленном порядке.

Это касается, например:

Наличие исполнительного листа не дает отдельного преимущества перед другими кредиторами.

Если началось банкротство, индивидуальное взыскание уступает место коллективной процедуре.

Именно поэтому контрагенту важно не пропустить момент, когда обычная дебиторская задолженность превращается в банкротное требование.

Совсем иначе могут рассматриваться обязательства, возникающие уже после начала дела о банкротстве.

Такие платежи при наличии предусмотренных законом условий относятся к текущим.

Практически это особенно важно для контрагентов, которые продолжают работать с должником после начала процедуры.

Например, склад продолжает функционировать и пользуется электричеством. Помещение продолжает арендоваться. Транспортная компания выполняет новые перевозки. IT-подрядчик обеспечивает работу сервисов.

Задолженность по таким новым обязательствам может иметь иной режим, чем старый долг.

Поэтому один и тот же контрагент потенциально способен одновременно иметь:

старую реестровую задолженность и новые текущие платежи.

Смешивать их в один расчет не стоит.

Само возбуждение дела не всегда означает немедленную остановку всей деятельности компании.

Крупный бизнес может продолжать работать и в процедуре банкротства.

Но для нового контрагента меняется оценка риска.

До выполнения новой поставки или нового этапа работ нужно понимать:

Особенно осторожно нужно относиться к ситуации, когда старый долг уже большой, но должник предлагает продолжать работу в прежнем объеме.

Фраза «сейчас все наладится» сама по себе не защищает подрядчика.

Нужно понимать юридический режим именно нового исполнения.

Банкротство не означает, что все договоры автоматически прекращаются в один день.

Часть отношений может продолжаться.

Особенно это касается тех договоров, без которых невозможно поддерживать работу бизнеса: аренда складов, транспорт, связь, коммунальные услуги, IT, охрана.

Но дальнейшая судьба конкретного договора зависит от стадии процедуры и решений управляющего.

Поэтому арендодатель или подрядчик не должен исходить из двух крайностей:

или

Нужно отдельно смотреть условия договора и решения, которые принимаются уже в процедуре.

Главная ошибка — полагаться только на личный кабинет, внутренний портал маркетплейса или переписку в его системе.

Если доступ ограничат, восстановить часть доказательств может быть намного сложнее.

Поэтому контрагентам имеет смысл заранее выгружать и хранить отдельно:

Для ПВЗ отдельно важны расчеты вознаграждения, удержаний, штрафов и сведения о фактически выполненных операциях.

Для подрядчиков — документы о выполнении и приемке каждого этапа.

Для арендодателей — акты, расчеты аренды и документы о фактическом использовании помещения.

Главный риск большинства контрагентов — слишком поздно заметить, что обычная задержка платежа превратилась в системную проблему.

Если маркетплейс должен компании небольшую сумму при обороте в сотни миллионов, ситуация одна.

Если дебиторская задолженность составляет половину месячной выручки подрядчика, риск уже совершенно другой.

Поэтому стоит регулярно контролировать:

Для владельца ПВЗ, подрядчика или поставщика банкротство маркетплейса может оказаться даже болезненнее, чем для отдельного селлера. У продавца хотя бы есть возможность перераспределить товар между площадками, тогда как бизнес ПВЗ или специализированного подрядчика иногда изначально строится под одного крупного заказчика.

Поэтому ключевой вопрос — не только сколько Wildberries или Ozon должен сейчас, но и что произойдет с собственным бизнесом контрагента, если эти платежи остановятся на несколько месяцев.

Чем раньше компания отделяет старую задолженность от новых обязательств, сохраняет доказательства исполнения и снижает зависимость от одного клиента, тем меньше вероятность, что чужое банкротство станет причиной уже ее собственного финансового кризиса.